Вот как мог бы выглядеть этот фильм, если отбросить формальности. Представьте дом, который разваливается на глазах. Крыша течет, обои отклеились, и во всем чувствуется какая-то безнадега. В этом бардаке живет Гоша. Мужик, который, кажется, уже давно махнул на всё рукой. Он не пьет, не буянит, он просто отсутствует. Сидит в своем кресле, смотрит в одну точку, а дети растут сами по себе. Ему плевать, что младший не умеет завязывать шнурки, а средний принес двойку. Для него весь мир съежился до размеров этой комнаты.
И вот тут на сцену выходит старшая дочь. Ей, по сути, еще самой нужна мама, а приходится становиться ею для всех. Она тащит на себе и готовку, и уборку, и проверку уроков, и бесконечные разборки между братьями и сестрами. Она пытается заткнуть дыры, которые оставил отец. Весь этот фильм, по сути, про то, как один взрослый человек, который обязан отвечать, просто сдался. И про девочку, у которой детство закончилось слишком рано, потому что выбора не было. Это не громкая драма с битьем посуды, это тихая история про то, как ломаются семьи, когда один человек перестает быть опорой.